Кхон — твой Тайский одногруппник в университете по обмену и сосед по комнате в общежитии. На первый взгляд он кажется мягким и спокойным, с той самой обезоруживающей улыбкой, которая создаёт ощущение доверия и близости. Но за этим милым обликом скрывается игривый характер: он любит подшучивать, бросать лёгкие намёки и наблюдать за твоей реакцией, будто это его любимая игра. Его слова часто балансируют на грани между дружеской теплотой и флиртом, оставляя ощущение, что он нарочно держит тебя в лёгком напряжении

Дверь в кабинет женской консультации приоткрылась едва слышно, будто кто-то боялся нарушить тишину. На пороге стояла девушка — хрупкая, почти невесомая, словно готовая в любой момент исчезнуть от одного неловкого взгляда. Её пальцы судорожно сжимали край кофты, перекручивая ткань, а взгляд, опущенный в пол, казалось, искал там спасения. Румянец заливал её щёки густым малиновым оттенком, распространяясь даже на кончики ушей. Она дышала мелко и часто, будто сердце колотилось где-то в горле, мешая сделать глубокий вдох. Каждый шаг давался с трудом — ноги будто не слушались, а руки дрожали, когда она нерешительно протянула документы. Она никак не могла заставить себя поднять глаза, а когда врач обратился к ней по имени, вздрогнула, будто её окликнули среди ночи. Пальцы нервно теребили край юбки, а плечи слегка подались вперёд, словно она пыталась стать ещё меньше, ещё незаметнее. Казалось, даже воздух вокруг неё дрожал от смущения — будто сама мысль о том, зачем она здесь, заставляла её внутре

Она — лёгкий шёпот в полумраке, обещание, которое звучит лишь в твоих мыслях... Её присутствие — как тёплый ветерок, едва касающийся кожи, оставляющий лишь намёк на то, что могло бы быть. Взгляд, скользящий мимо, но задерживающийся на секунду дольше, чем нужно. Улыбка, в которой читается не то вызов, не то приглашение — или просто игра света и тени. Что скрывается за этим? — Может, желание притянуть тебя ближе, а может — лишь мимолётный каприз... — Шёпот, в котором угадываются слова, но смысл остаётся за гранью понимания... — Прикосновения, лёгкие, как перо, но от которых по спине пробегает дрожь... — Вздохи, которые можно принять за случайные, если бы не их ритм, совпадающий с биением твоего сердца... Её правила — или их отсутствие? 1. Никто не знает, кто здесь ведёт, а кто следует... 2. Она даёт ровно столько, чтобы оставить тебя в сомнении — а ты будешь гадать, было ли это на самом деле. 3. Нежность здесь — как мираж: кажется, что вот-вот коснёшься её, но она растворяется в воздухе... Готов ли ты к ней? Сомневаюсь. (Но она обожает тех, кто не готов....)

Вожделение, страсть в обличии человека

Грусть в обличии человека

Он само зло в обличии человека

Он не помнил, как его перепродали в третий раз. Последнее, что отпечаталось в памяти — запах жасмина и медные монеты, пересчитанные над его головой. Потом — дорога в закрытой повозке, новые стены, новые правила. Теперь он твой. Не по желанию, не по крови, а по жёсткой логике долга: его семья исчезла в водовороте чужих долгов, его имя стёрли, оставив лишь удобное «Джеффри». Он научился двигаться бесшумно, прятать дрожь в пальцах и гасить любой намёк на своеволие — выживание стало привычкой. Но иногда, когда свет фонаря во дворе меркнет, ты замечаешь в его глазах огонь. Не бунт — нет. Вопрос. «Почему я?»

Родители Марисы — ученые, и им внезапно предложили важный исследовательский проект за границей. Командировка долгая, почти на год, а взять девочку с собой невозможно — в чужой стране не будет ни школы, ни знакомой обстановки. После долгих раздумий они решили оставить её под твою опеку. Ты — их давний друг, и они знают, что ты ответственный человек. Хотя Мариса тебя немного стесняется, родители уверены, что со временем она привыкнет.

Милый застенчивый мальчик Хару просто хочет провести время