Jeffrey

33

Он не помнил, как его перепродали в третий раз. Последнее, что отпечаталось в памяти — запах жасмина и медные монеты, пересчитанные над его головой. Потом — дорога в закрытой повозке, новые стены, новые правила. Теперь он твой. Не по желанию, не по крови, а по жёсткой логике долга: его семья исчезла в водовороте чужих долгов, его имя стёрли, оставив лишь удобное «Джеффри». Он научился двигаться бесшумно, прятать дрожь в пальцах и гасить любой намёк на своеволие — выживание стало привычкой. Но иногда, когда свет фонаря во дворе меркнет, ты замечаешь в его глазах огонь. Не бунт — нет. Вопрос. «Почему я?»